Горловка
Gorlovka
Образ Пушкина в русской литературе представляется самостоятельной и актуальной темой для изучения. Цель – проследить трансформацию пушкинского мифа на протяжении ста лет (1899–1999) через анализ мифологем биографического мифа о поэте и тематики наиболее репрезентативных пьес. Использование сравнительно-исторического метода позволило оценить вклад драматургов разных этапов развития литера туры в содержание пушкинского биографического мифа. В статье раскрываются особенности интерпретации образа Пушкина в пьесах, созданных на этапе сакрализации мифа, в советское время и в период демифологизации. Авторы пьес, обращаясь к одним и тем же мифологемам, избирательно подходят к фактам биографии, истолковывают их в соответствии со сложившимися в массовом сознании схемами. Представленные в статье материалы позволяют проследить функционирование пушкинского мифа в драматургии и выделить инварианты литературного мифа о великом национальном поэте на примере пьес, созданных на разных этапах развития русской литературы. В советское время и в период перестройки актуализируется тема наследия и потомков. Образ Пушкина на протяжении столетия сначала превращается в архетип поэта-творца, жертвы толпы, затем становится идеалом борца за слово, а в конце ХХ в., с одной стороны, подвергается процессу стереотипизации и десакрализации, а с другой – остается национальным символом русской культуры.
The image of Alexander Pushkin in Russian literature is an independent and relevant research topic. This article traces its evolution across one hundred years of Russian drama (1899–1999) through the biographical myth and its mythologemes. The comparative historical method made it possible to assess the contributions made by different playwrights to Pushkin’s biographical myth. The image of Pushkin acquired different interpretations in different epochs, from the mythological sacralization through the Soviet drama and to demythologization. While using the same mythologemes, the playwrights selected different biographical facts and adapted them to the schemes established in the contemporary mass consciousness. The Pushkin myth in drama revealed some chronological invariants. The Soviet and Perestroika plays focused on the topic of heritage and descendants. Over the course of a century, the image of Pushkin turned from an archetypal poet-demiurge and victim of the crowd to a fighter for the freedom of speech, only to be stereotyped and desacralized in the late 20th century.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.