Статья посвящена рассмотрению актуальных направлений в области языковой категоризации эмоций. Эмоциональные переживания, которые имеют фиксированные способы экспликации в языке, не исчерпывают весь спектр эмоционального. Обосновано, что не становившиеся предметом самостоятельных лингвистических исследований неопределенные эмоции – смешанные, блендированные, сложные и прочие эмоциональные переживания – являются первичными. Особое внимание уделено лингвокультурной специфике эмоций, которые отражают способность языкового сознания актуализировать безграничный эмоционально-смысловой потенциал слова для выражения значимых элементов внутреннего мира. С использованием материалов Национального корпуса русского языка показан процесс создания эмоциональных эндоконцептов – эмоциональных переживаний, выходящих за пределы принятой в эмотиологии классификации эмотивов на аффективы, коннотативы и потенциативы. Спорный характер выделения базовых эмоциональных переживаний из парадигмы эмоционального аргументируется классом эмотивов, образованных от базовых эмоций (например, грустные эмоции), доминанта которых остается нечеткой, а определенным является только оценочное пространство. Показано, что принятый в эмотивной лингвистике подход к языковой категоризации эмоций имеет ряд преимуществ, поскольку в нем изначально учитываются такие значимые особенности эмоций, как их суммативность, кластерность, поливалентность, амбивалентность, дискурсивность и гибкость в зависимости от условий коммуникативной ситуации общения.
The article deals with the current trends in the field of linguistic categorization of emotions. The emotional spectrum is much wider than the experiences that possess stable verbal explications. Fuzzy emotions include mixed, blended, complex, and other emotional experiences. They are primary, but they have never been subjected to independent linguistic research. This article focuses on the cultural particularities of emotions that reflect the ability of language consciousness to actualize the boundless emotional and semantic potential of the word to express the inner world. The research relied on the National Corpus of the Russian language to describe the process of creating emotional endoconcepts, i.e., emotional experiences that go beyond the traditional classification of emotive words. The authors believe that the controversial nature of the basic emotional paradigm is argued by the class of emotive words formed from basic emotions, e.g., sad emotions. Their dominant remains fuzzy, and only the evaluative meaning is clear. The approach that the linguistics of emotions adopts to categorize emotive words has a number of advantages because it takes into account the poly-ambivalence, discursivity, and flexibility of emotions that depend on the communicative situation.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.