г. Екатеринбург
Ekaterinburg
г. Ханты-Мансийск
Khanty-Mansiysk
г. Екатеринбург
Ekaterinburg
Существует научный интерес к феномену доносительства, который исследователями понимается вполне однозначно. Однако неоднозначность социальных оценок доносительства и личности информатора, от крайне негативных до требований узаконить институт доносительства, говорит о слабой изученности этого явления. В настоящее время феномен доносительства и личность информатора изучаются в рамках правового, феноменологического, социологического и поведенческого направлений. Каждое направление изучает только свою часть феномена, по-разному представляет его эпидемиологические, этиологические факторы и исходит из своей методологии в оценке ущерба или пользы доносительства. Обнаруживается дефицит эмпирических исследований, предоставляющих важные сведения о личностных диспозициях, компонентах, структуре, побудительных мотивах, социальных последствиях рассматриваемого явления доносительства и личности информатора. Представленные материалы частично восполняют этот пробел. В проведенных эмпирических исследованиях в качестве основного инструмента использовалась специализированная проективная диагностическая методика «БУК-МИФ v.7.2», предназначенная для исследования различных проявлений индивидуальности человека. На первом этапе исследований анализировались образцы почерка из доносов различных исторических эпох (1826–1988). В дальнейшем полученные результаты сравнивались с данными аналогичной психографологической диагностики в группах нормативных лиц и лиц с выраженным аддиктивным поведением. Используя факторизацию данных, регрессионный, дисперсионный и графический анализы данных, авторы выделили психологический симптомокомплекс свойств индивидуальности информатора и, апробировав его устойчивость и дифференцирующие свойства, представили эмпирическую модель мотивации акта информирования, а также раскрыли и описали ее интенциональный, регуляторный, когнитивный, диспозиционный и бенефициарный компоненты.
The phenomenon of whistleblowing has always attracted scientific attention and received quite a definitive interpretation. However, the popular evaluation of whistleblowing remains ambiguous: it ranges from extremely negative to demands to legalize it as a social institution, which makes related studies highly relevant. Law, phenomenology, sociology, and behavioral studies have their own definitions of this phenomenon. As a result, its overall understanding still remains multifaceted, as each science focuses on its own epidemiological and etiological factors and proceeds from its own methodology in assessing the consequences of whistleblowing as negative or positive. The authors analyzed numerous scientific sources and revealed a lack of empirical research about the whistleblower as a personality, e.g. personal dispositions, components, structure, motivations, social consequences, etc. The paper introduces some materials that partially fill this gap. The authors used a specialized projective diagnostic technique (BUK-MIF v.7.2) to study various manifestations of human personality. The first stage of the research involved a handwriting analysis of denunciation samples dated 1826–1988. After that, the results were compared with the data of similar psychographic diagnostics in control groups and groups of respondents with addictive behavior. The authors used data factorization, regression, variance, and graphical data analysis to identify the psychological symptom cluster of a whistleblower as a personality. After defining its stability and differentiating properties, the authors built an empirical model of motivation for the act of whistleblowing and described its intentional, regulatory, cognitive, dispositional, and beneficial components.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.